СТИХИ, ПОСВЯЩЁННЫЕ 30-ЛЕТИЮ ВЫВОДА СОВЕТСКИХ ВОЙСК ИЗ АФГАНИСТАНА

БОЙ

С тебя сегодня пулей сбило каску,
Контузило слегка… А был ли бой?
Сидели мы в долине Черикарской,
Шоссе прикрыв от каверзы любой.

Тянулись тихо мощные КамАЗы,
Раскрашенные грузовики,
Стелились сизым, словно плесень, газы,
Сносясь течением стремительным реки.

Чернели остовы сожжённых БТРов,
И танки, как умершие слоны,
В кюветах, приподняв окостенело,
Вздымали хладнокровные стволы.

И знойный воздух, горечью пропахший,
Врывался в лёгкие, сжимая их в комок.
Под солнцем гимнастёрки и тельняшки
Насквозь промокли, впитывая пот.

Кружась над сопкой, пара вертолётов
Разыскивала «духов» по щелям…
Внезапно будто раскололось что-то,
Надсадным кашлем вторя по горам.

В момент другими стали краски…
Цепями, словно красные шмели,
Жужжа, свистя — без жалости и ласки,
Кромсая камни, трассеры пошли.

Почти с вершины каменной громады,
Похожей на подошву башмака,
Дырявя брюхо вертолёту, гады
Вели огонь в упор из ДШК.

Фить-фить, тью-тью — носилось по ущелью,
И падал кто-то и уж не вставал…
В предсмертных мыслях соловьиной трелью
Весь этот шум, быть может, представлял.

Колонна смялась, встала на дороге,
Заголосила, закричала — жуткий АД…
И сквозь гортанные гогочущие слоги
Сочился русский трёхэтажный мат.

А бой гремел, роптал, от злобы маясь,
То разгорался вновь, а то стихал.
По фронту расширяясь, то сжимаясь,
И вдруг внезапно, разом перестал.

Дымились гильзы, сизыми клубами
Объят горящий новенький КамАЗ.
К камням спиной прижавшись, отдыхали
Ребята, старше будто стали враз.

И врывшись в землю гнутыми винтами,
Зелёнку черной кровью обагрив,
Вертушка, распрощавшись с небесами,
Лежала, землю брюхом прочертив.

Дорога ожила, привычно зажужжала —
Пошёл, пошёл машинный караван.
А смерть, пришедшая, погибшим заказала
В родимый край наш траурный «ТЮЛЬПАН».

Март 1987

Опубликовал: Вячеслав Старцев.