Романов Дмитрий Степанович. В РУБАШКЕ РОДИЛСЯ.

Романов Дмитрий Степанович

Романов Дмитрий Степанович.

Свое первое боевое крещение наш земляк Дмитрий Романов принимал в так называемом «Демьяновском котле», под Ленинградом. Задача перед минометчиками была такая — уничтожить огневые точки противника…

— Наверное, я в рубашке родился, — говорил, вспоминая о своей фронтовой молодости, Дмитрий Степанович, — смотришь — один погиб из нашего расчета, другой, а я все живой. Даже не верилось. И так все три военных года. Недоедал, недосыпал, но шел вперед.

И все же осколки вражеских мин и снарядов трижды «цепляли» минометчика, но, слава Богу, были они уже на излете и большого вреда здоровью не причинили. В воспоминаниях любого фронтовика слово «земля» главное.

За землю родную в бой шли, к ней, «защитнице», прижимались в минуты бомбежек, а сколько ее перекопали и перемесили советские солдаты на европейских просторах от Москвы до Берлина. Вот и Дмитрий Степанович вспоминал, как много грунта пришлось ему перелопатить, окапываясь на боевых позициях. Ведь нужно было приготовить место и для себя, и для миномета.

Не сам солдат определяет свой путь. Выйдя к Балтике, Третья Ударная армия, в состав которой входила 171-я стрелковая дивизия, где и воевал Дмитрий Степанович Романов, была переброшена под Варшаву, потом, уже в составе Первого Белорусского фронта, двинулась по направлению к Берлину. Но на пути к Варшаве пришлось форсировать Вислу.

— В Польше грязи помесили от души, — вспоминает Дмитрий Степанович. — Конные повозки вязли по ступицы, машины буксовали. И только солдатская тяга выручала. Бои были сумасшедшие. Мы спешили к Победе. Фашисты сопротивлялись из последних сил, пытаясь не пустить на свою территорию. Помню, как шли по Польше. Забежишь в освобожденной деревне в дом, а там местные жители протягивают тебе кусок хлеба, намазанного чем-то вроде масла. Кусок в рот, и вперед — некогда останавливаться.

Форсировали Одер и уже на немецкой стороне остановились. Не пускает фриц, обложил плотным огнем. А у нас приказ: «Назад не смотреть». Решили испытать хитрый способ, ночью включили прожекторы. Не знаю, сколько их было: сотни, а может, тысячи. Вот где забегали фрицы, как тараканы. Они-то нас не видят, зато мы их — как на ладони. И давай косить. А дальше был Берлин. Техники там собралось-просто ужас. Приложить ухо к земле — гудит, не переставая.

Ворвались в город, а там уже другие условия боя, миномет не поставишь. Воевали как пехотинцы. Выбивали фрицев из каждого дома, из каждого подъезда.

Вот так добрались до самого Рейхстага. Сколько нашего брата полегло на подступах к нему. Танки горели, как свечки…

Когда брали немцев в плен, то понять не могли, почему у каждого в руках чемодан и вещмешок за плечами. Драпать собрались и все шмотье с собой прихватили — барахольщики.

Войну старший сержант, минометчик Дмитрий Степанович Романов окончил, имея два ордена Славы второй и третьей степеней (если бы наш земляк получил третий орден, то уравнялся бы в заслугах с Героями Советского Союза), медали «За отвагу» (две), «За освобождение Варшавы», «За взятие Берлина», «За победу над Германией».

Дмитрий вернулся домой только в 1947 году. Выучился на тракториста, но позже из села переехал в город, устроился на Беловский цинковый завод плавильщиком и проработал здесь до самой пенсии.

Автор: Б. КОСТЮРА.

«Подвиг на все времена» 2005 год выпуска; страница 74

Романов Дмитрий Степанович

Опубликовал: Вячеслав Старцев.