В честь 58-летия окончания Карибского кризиса опубликована глава 17 из книги В. А. Бубнова, М. В. Гаврилова «Белые пятна Карибского кризиса»

Итоги Карибского кризиса

В честь 58-летия окончания Карибского кризиса опубликована глава 17 из книги

В.А. Бубнова, М.В. Гаврилова «Белые пятна Карибского кризиса»

Итоги Карибского кризиса.

Карибский кризис, Кубинский ракетный кризис или Октябрьский кризис — это 13 октябрьских дней 1962 года, которые историки назвали кульминацией «холодной войны». Основными участниками этого кризиса были Советский Союз и Куба, с одной стороны, Соединенные Штаты, с другой стороны. В кризис практически было втянуто все мировое сообщество и ведущие страны мира, а также блок НАТО и страны Варшавского договора. Цивилизация находилась на грани мировой ядерной войны и своего полного уничтожения.

Взгляд американской стороны

Подводя итого Карибского кризиса, Р. Кеннеди отмечал: «Кризис показал, как важно пользоваться мировым уважением, как существенно иметь друзей и союзников. Мы не всегда пользовались поддержкой стран Латинской Америки во всем, что предпринимали. Однако в дни Кубинского кризиса, когда Соединенные Штаты оказались в трудном положении, страны эти единодушно выступили в нашу поддержку, и поддержка их сыграла существенную роль.
Именно резолюция ОАГ дала блокаде ее юридическое обоснование. Готовность этих государств признать руководство Соединенных Штатов оказалась для Хрущева неожиданной, была для него серьезным ударом.
Точно так же важнейшую роль сыграла поддержка наших союзников по НАТО.
Последнее, чему научил нас Кубинский кризис, это то, как важно уметь поставить себя на место другого. В течение всего кризиса президент Кеннеди потратил больше всего времени на то, чтобы воображать, как подействуют на Хрущева те или иные наши решения. Все время им руководила мысль о том, как бы ни скомпрометировать Хрущева, не подорвать престижа Советского Союза, не поставить русских в такое положение, в котором соображения национальной безопасности или национальных интересов принудили бы их к эскалации ответных действий.
Президент Кеннеди понимал, что Советский Союз отнюдь не стремится к войне. В свою очередь, и русские понимали, что мы тоже хотим избежать вооруженного столкновения.
Президент Кеннеди приложил все усилия к тому, чтобы убедить Хрущева словом и делом, что цели Соединенных Штатов ограничены и что, осуществляя их, мы не угрожаем национальной безопасности Советского Союза или его престижу.
С самого начала президент Кеннеди считал советского премьера человеком рассудительным и умным и верил в то, что он позицию свою изменит, если только дать ему достаточно времени и убедить в нашей решимости.
Его ни на минуту не покидала мысль об опасности уничтожения всего человечества.
Когда все было кончено, он не сделал ни одного заявления с целью приписать себе или своей администрации заслугу в этом деле.
Если исход кризиса и был чьим-то триумфом, то не триумфом того или иного правительства или народа, а триумфом грядущих поколений»1.
Журнал «Foreign Policy» опубликовал статью «Миф, который на полвека извратил внешнюю политику США», в которой автор — известный американский деятель, почетный президент Совета по международным отношения Л. Гелб писал: «Действия Дж. Кеннеди во время Карибского кризиса пора представить в истинном свете. Умелые действия президента США Дж. Кеннеди в ходе Карибского кризиса возведены в ранг основного мифа «холодной войны». Строится он на тезисе о том, что Кеннеди, благодаря военному превосходству США и своей стальной воле, заставил советского премьера Хрущева капитулировать и вывезти с Кубы размещенные там ракеты… Согласно мифу, Хрущев лишился всего, а Кеннеди не поступился ничем. Таким образом, завершением кризиса стал безраздельный триумф Америки и безоговорочное поражение СССР.
Победа Кеннеди в сражении «холодной войны», неоднозначном как по своему течению, так и по результатам, стала ориентиром для американской внешней политики. Она обожествляла военную силу и силу воли, ни во что не ставя дипломатию взаимных уступок. Она задавала стандарт жесткости и рискованного противостояния со злодеями, соответствовать которому было просто невозможно — хотя бы потому, что этой победы не было.
Представление, сложившееся о Карибском кризисе, — мол, Кеннеди добился успеха, не отступив ни на дюйм, — укрепилось в политическом мышлении. Американские лидеры не любят идти на компромисс. И это во многом связано с укрепившимся неверным пониманием тех 13 дней в октябре 1962 года.
На самом деле кризис завершился не фиаско советской дипломатии, а взаимными уступками. Советы вывели свои ракеты с Кубы в обмен на обещание США не вторгаться на Кубу и убрать из Турции ракеты «Юпитер».
Политиков мысль о компромиссе, как правило, не приводит в восторг, тем более если речь идет о внешней политике США. Миф о Карибском кризисе усилил надменность. Миф, а не реальность стал меркой ведения переговоров с противниками.
Слишком долго внешняя политика США делала акцент на угрозах и конфронтации и минимизировала роль компромисса»2.
«Фидель Кастро. Победил он. Через год Кеннеди был убит, а Америка начала войну во Вьетнаме. Мы ничему не научились и не усвоили урок. В следующие два года Хрущев был снят с поста, а Советский Союз начал строить ракеты. Огромные деньги были потрачены на ядерное вооружение, а для чего? Они никогда не могли бы быть использованы», — утверждал Т. Блэнтон, директор Архива национальной безопасности США3.
В 1998 году вышел сборник документов Архива национальной безопасности США под редакцией американских исследователей Л. Ченга и П. Корнблаха4.
В данном сборнике представлены и систематизированы рассекреченные американские документы, имеющие отношение к истории Карибского кризиса. В сборнике опубликованы как официальные правительственные документы, так и ранее закрытые документы, представленные широкой публике впервые. Особый интерес вызывают рассекреченные документы Госдепартамента США, в которых проводится анализ итогов конфликта.
На основании анализа этих документов, сделанного ассистентом кафедры политологии и права Кубанского технологического университета Е. А. Касаткиной, выводы американских специалистов по итогам Карибского кризиса условно можно разделить на три группы.
1. Внутриполитический фактор.
Выявлена слабость американского руководства в принятии важнейших внешнеполитических решений и оперативного реагирования на возникшую угрозу. Основное внимание уделялось необходимости более тщательного анализа непредвиденных обстоятельств, поиска альтернативных решений выхода из конфликтных ситуаций. Подчеркивалась важная роль коммуникационных систем для эффективного политического планирования. Был поднят вопрос о необходимости создания прямой линии связи между американским президентом и советским премьером для более четкого, согласованного контроля в сложных политических ситуациях.
2. Внешнеполитический фактор.
Особое внимание уделялось анализу советской угрозы. В первую очередь ставился вопрос о целях, которые преследовал Советский Союз, размещая наступательные вооружения на Кубе. По мнению американских специалистов, мотивация СССР была следующая:
— стремление продемонстрировать всему миру, в особенности союзникам США, нерешительность американского руководства перед реальной угрозой войны;
— показать возможность нанесения первого ядерного удара по американским вооруженным силам;
— создать противовес базам США и НАТО за рубежом;
— как ответная реакция на вторжение на Плайя-Хирон в апреле 1961 года;
— попытаться добиться уступок по Берлинскому вопросу.
Поднимался вопрос о советской экспансии в Западном полушарии. Американцы выражали беспокойство, что СССР все больше и больше проникает в страны «третьего мира». Отмечалось, что в сложившейся ситуации, когда кубинское правительство позволило разместить на своей территории советские ракеты, Соединенным Штатам стало сложнее поддерживать в странах Латинской Америки (странах — членах Организации американских государств — ОАГ) достаточно высокий уровень политического и экономического развития.
США немало внимания уделяли возможной реакции союзников по альянсу на действия Советского Союза. Размещение советских ракет на Кубе затронули не только интересы Вашингтона, но и поставили под угрозу основные ядерные силы НАТО.
Не упускался из виду и Берлинский кризис 1961 года. В связи с тем что проблема его урегулирования рассматривалась как одна из возможных причин действий противника, подчеркивалась необходимость отстаивания более твердой позиции в отношении Берлина.
3. Военный фактор.
По мнению независимых исследователей, огромное количество военно-морских баз США и их союзников по НАТО в Турции и Италии, явившихся «камнем преткновения» в советско-американском противостоянии, наглядно продемонстрировали опасность подобной политики со стороны США. Карибский кризис доказал необходимость ограничения численности и масштабов военных баз, расположенных в непосредственной близости от границ Советского Союза.
Особое место отводилось важной роли разведывательных спецслужб в поддержании внешнеполитической стабильности. Контроль и стабильность — таковы должны быть главные задачи американских спецслужб.
Проблема применения ядерного оружия занимала центральное место в докладах американских специалистов. Суть ее сводилась к следующим положениям:
— США не применяло и не планировало применить ядерное оружие. Американское правительство продемонстрировало СССР свою готовность противостоять без применения атомного оружия;
— ответственность за развязывание конфликта следует возложить только на СССР, поскольку именно его действия представляли угрозу хрупкому равновесию сил на мировой арене.
Уроки, полученные США в результате Карибского кризиса, определили новое направление развития американской внешней политики в мире.
Во-первых, США продолжили модернизацию военно-политических доктрин, чтобы повысить порог возможного советско-американского ядерного конфликта, сократить риск непреднамеренного столкновения и перерастания обычного регионального конфликта с участием великих держав в ядерную войну. Американскими специалистами была предложена концепция «взаимного гарантированного уничтожения».
Во-вторых, США и СССР активизировали переговорный процесс по вопросам контроля над вооружениями, в частности ограничения систем противоракетной обороны и стратегических наступательных вооружений.
В-третьих, были предприняты шаги по расширению технических возможностей для ведения прямого диалога СССР и США в чрезвычайных ситуациях. 20 июня 1963 года между Москвой и Вашингтоном была установлена линия «горячей связи», которая позволяла лидерам обеих держав общаться друг с другом.
Таким образом, выводы американских аналитиков, сделанные более полувека назад, заложили основу для формирования политики США на многие десятилетия конца 20-го века5.
Дэвид Т. Мур, аналитик Национального разведывательного колледжа Министерства обороны США написал: «Критический взгляд на проблему показывает, что Советский Союз с 1957 года терпел присутствие американских ракет средней дальности в Турции, радиус действия которых был больше, чем у советских ракет, размещенных на Кубе. Если США требовали от Советского Союза, чтобы он убрал с Кубы свои ракеты, разве не было бы логичным убрать американские ракеты из Турции? В конечном итоге в процессе переговоров данная аналогия привела к решению, при котором обе стороны сумели сохранить лицо. В соответствии с «секретной» частью договора американские ракеты были вывезены из Турции спустя пять месяцев после демонтажа пусковых установок на Кубе»6.
Т. Соренсен, специальный помощник президента Дж. Кеннеди: «Во-первых, из-за неправильного толкования событий того времени мир находился на самом краю самой страшной катастрофы, которой не хотел ни Фидель Кастро, ни Никита Хрущев, ни Джон Кеннеди. Война могла начаться по ошибке. И мы все должны поздравить друг друга с тем, что этот напряженный кризис тогда был разрешен. Было бы очень хорошо, если бы мы в дальнейшем учитывали опыт прошлого лучшим образом.
Во-вторых, первая реакция Кеннеди на первом заседании так называемого Исполнительного комитета была такой же, как и в Комитете начальников штабов, а именно — превентивный удар необходим. Целями такого превентивного удара должны были стать позиционные районы советских баллистических ракет. Однако позднее, при более детальном изучении ситуации, Кеннеди пришел к выводу, что нанести точечный, «хирургический» удар в тех условиях было невозможно. Каждый президент, каждый лидер, который верит в эффективность превентивных ударов и не хочет обращаться к дипломатическим каналам решения проблем, должен обратить внимание на опыт Кеннеди.
В-третьих, Кеннеди поддерживал контакты с Хрущевым даже в самые трудные моменты кризиса. Не все политики имели мужество сохранять контакты с противостоящей стороной. Но Кеннеди не боялся обвинений в трусости представителями правого крыла, военными или кем бы то ни было еще. Я надеюсь, что в будущем наши президенты будут такими же мужественными, каким был он»7.

Взгляд французской стороны

Ведущее французское интернет-издание Slate.fr задается вопросом: Какие уроки нужно вынести из Карибского кризиса? Автор статьи Ф. Каплан делает следующие выводы:
«1. Главным государственным лицам необходимо поддерживать прямую связь друг с другом.
В октябре 1962 года между Хрущевым и Кеннеди не состоялось ни одного телефонного разговора. Тем не менее стороны активно обменивались посланиями даже в то время, когда был сбит американский самолет U-2.
2. В определенный момент, когда становится очевидно, что одна сторона начинает одерживать верх, следует предоставить другой стороне возможность для выхода из сложившейся ситуации. Причем это вовсе не означает необходимости поступиться своими ключевыми интересами. Компромисс — это далеко не то же самое, что примирение.
Ракеты «Юпитер» из Турции Соединенные Штаты предполагали вывести еще до Карибского кризиса. США уже тогда намеревались разместить в Средиземном море подводные лодки с ракетами «Поларис». То есть эта сделка никак не отразилась на американских военных интересах.
3. Воображать себе, что выход из кризиса знаменует собой новую эру мира, совершенно ошибочно.
Гонка вооружений подпитывала «холодную войну» на протяжении еще нескольких десятилетий. Однако каких-либо новых конфронтаций по Кубе больше не было»8.

Взгляд кубинской стороны

В канун отмечаемой на Кубе в 2002 году 40-летней годовщины событий, поставивших мир на грань ядерной войны, Ф. Кастро заявил, что к ракетному кризису привели действия тогдашнего руководителя СССР Н. С. Хрущева, который ввел в заблуждение президента США Дж. Кеннеди, заявив ему, что на Кубе нет ядерного оружия. «Это была очень крупная ошибка со стороны Хрущева, против которой мы решительно выступали».
Ф. Кастро также отметил, что не хотел бы, чтобы Кубу считали «советской базой в Карибском бассейне», в то же время добавил, что «с уважением относится к бывшему советскому лидеру и ценит оказанную им в годы революции на Кубе поддержку»9.
«Из этого кризиса можно извлечь множество уроков. Мир оказался на грани термоядерной войны, что явилось следствием агрессивной и грубой политики Соединенных Штатов, проводимой в отношении Кубы, и их плана вторжения на остров, предусматривающего непосредственное использование военно-морских, военно-воздушных и сухопутных сил этой страны.
Русским удалось добыть абсолютно достоверные сведения, касающиеся этого плана, и они сообщили Кубе о существовании такой опасности, хотя не договаривали все до конца и в действительности утаили источник.
Еще до речи Дж. Кеннеди мы догадались о цели его выступления и решили объявить боевую тревогу мобилизовать все население. Было призвано под ружье 300 тысяч человек, преисполненных боевым духом.
23 октября я выступил по телевидению с тем, чтобы разоблачить политику Соединенных Штатов, предупредить об угрозе интервенции, полностью мобилизовать народ выразить нашу решимость сражаться, невзирая на любые опасности.
Это был очень напряженный момент. Мы сами думали, что конфликт неизбежен, и были готовы идти навстречу опасности. Нам не приходило в голову уступить угрозам противника»10.
Говоря о бескорыстной помощи Советского Союза кубинскому народу, Фидель Кастро заявил: «Нужно особенно напомнить о том, что во все трудные моменты, с которыми мы встречались перед лицом американской агрессии, <…> мы всегда опирались на дружескую руку Советского Союза. За это мы благодарны ему и об этом мы должны говорить во весь голос! Советские люди, которых мы видим здесь, специалисты, прибывшие сюда работать вместе с нами на различных участках, сделали для нас очень много.
Кроме того, советские военные специалисты, которые были готовы умереть вместе с нами, очень много сделали в обучении и подготовке наших вооруженных сил.
Во всем величии будет сиять страна, которая во имя защиты маленького народа, на много тысяч миль отдаленного от нее, положила на весы термоядерной войны благополучие, выкованное за 45 лет созидательного труда и ценой огромных жертв! Советская страна, потерявшая во время Великой Отечественной войны против фашистов больше жизней, чем все население Кубы, чтобы отстоять свое право на существование и развитие огромных богатств, не поколебалась взять на себя риск тяжелой войны в защиту нашей маленькой страны! История не знает подобных примеров солидарности.
Мы благодарны Советскому Союзу и советским воинам. Мы никогда не забудем, что вы вместе с нами были готовы защищать Кубинскую революцию, нашу Родину от американского вторжения»11.
Эрнесто Че Гевара: «Это страшный пример народа, готового пожертвовать собой в ядерной войне, чтобы его прах сцементировал новые общества. И когда за его спиной заключается пакт, по которому ядерные ракеты убирают, он не вздыхает с облегчением, не благодарит за передышку, он бросается в драку, чтобы заявить собственное мнение, обозначить свою боевую позицию, дальнейшее желание бороться, даже если останется один»12.

Взгляд советской (российской) стороны

Главным итогом Карибского кризиса стало беспрецедентное противостояние двух супердержав СССР и США, приведшее человеческую цивилизацию к краю ядерной бездны. Недальновидность и просчеты политиков с обеих сторон, их нежелание вести диалог на равных ввергли весь мир в опасное противостояние и возможное развязывание глобальной ракетно-ядерной войны.
К концу Второй мировой войны США создали мощные вооруженные силы, а в августе 1945 года сбросили атомные бомбы на Хиросиму и Нагасаки. Обретенная мощь вскружила голову американскому руководству, провозгласившему о мировом лидерстве Соединенных Штатов.
В апреле 1949 года была создана Организация Североатлантического договора (НАТО), в противовес которой в мае 1955 года создается Организация Варшавского договора. Мир оказался в состоянии нарастающей конфронтации, была развернута гонка вооружений. США утратили ядерную монополию, но продолжали вынашивать планы ядерного превосходства и ведения войны против СССР. Мир вновь оказался перед выбором переговоров или нарастания конфронтации.
В этих условиях Соединенные Штаты окружили СССР и весь социалистический лагерь кольцом военных баз, взяв их в клещи. На многих базах США развернули свои наступательные вооружения: бомбардировщики, крылатые ракеты, баллистические ракеты с ядерными боеголовками. Подтянули к границам СССР атомные подводные лодки с баллистическими ракетами «Поларис». В этих условиях ответ СССР с размещением баллистических ракет на Кубе был совершенно адекватным, симметричным, своевременным и очень болезненным. На что никак не могли согласиться американцы, жившие на своем континенте без войн уже целое столетие. Тем более нарушалась монополия США на ведение «собственной мировой игры».
Н.С. Хрущев в своих мемуарах так оценил итоги Карибского кризиса: «Прошло много лет, и это уже страницы истории. Я горд тем, что мы не побоялись, проявили мужество и дальновидность, сделав этот шаг, и тем самым удержали американских агрессоров от повторного вторжения на Кубу. После этих событий прошло около девяти лет, и я очень рад, что нового вторжения не было. <…>
Это были очень интересные, весьма показательные события, потому что тут две крупнейшие страны как бы столкнулись лбами. Казалось, неотвратима военная развязка. И мы уже поставили на старт свои боевые средства, а США окружили остров боевыми кораблями, сосредоточили пехоту и авиацию. Но мы показали, что если руководствоваться разумными целями и желанием не допустить войны, решать спорные вопросы путем компромисса, то можно найти такой компромисс. Победил разум. Поэтому в моей памяти сохраняются наилучшие воспоминания о покойном президенте США. Он проявил трезвость ума, не дал запугать себя, не позволил опьяниться мощью США, не пошел ва-банк. Не требовалось большого ума, чтобы развязать войну. А он проявил мудрость, государственную мудрость, не побоялся осуждения себя справа и выиграл мир. Думаю, что верное понимание позиций друг друга, из которого мы исходили, было единственно разумным в сложившейся ситуации»13.
А.И. Алексеев, посол СССР в Республике Куба (1962−1968): «Во-первых, объективный анализ ситуации, сложившейся осенью 1962 года, показывает, что размещение советских ракет на Кубе не породило, а, напротив, в конечном итоге предотвратило дальнейшие агрессивные и потому весьма опасные действия американского империализма в районе Карибского моря; это, в свою очередь, спасло революционную Кубу и заставило США, хотелось им того или нет, уважать суверенитет Острова свободы.
Во-вторых, Карибский кризис был детищем «холодной войны». Конфронтация между великими державами, сопровождавшаяся в ту пору политикой взаимных угроз, и стала фоном для событий осени 1962 года. Поэтому установка наших ракет на Кубе в тех условиях была закономерной; ибо такой шаг, с одной стороны, защищал кубинскую революцию от внешней агрессии, а с другой — привел к равенству противостоявших друг другу сил, заставил США вступить в диалог с Советским Союзом на паритетных началах.
В-третьих, именно после ликвидации Карибского кризиса начались практические поиски путей к общему ослаблению международной напряженности, к разрядке, ибо всем стало ясно, что иной альтернативы сохранению мира на земле нет. При ликвидации Карибского кризиса восторжествовал разум, здравый смысл. В чрезвычайной ситуации был испробован новый подход к решению острейших международных проблем»14.
Историко-документальный департамент МИД России так охарактеризовал итоги Карибского кризиса: «В ходе Карибского кризиса мир опасно балансировал на грани войны — в условиях, когда армии обеих стран были приведены в повышенную боеготовность, ситуация неоднократно грозила выйти из-под контроля руководителей государств, существовала возможность несанкционированного применения ядерного оружия. В стремлении не допустить возможности повторения подобного развития событий обе стороны согласились с необходимостью избегать опасности умышленного или непредумышленного развязывания ядерной войны и в этих целях разработать необходимые механизмы, первым из которых стало соглашение об установлении прямой связи (первой «горячей линии») между Кремлем и Белым домом. Начались поиски смягчения международной напряженности, и 1963 год ознаменовался подписанием ряда важных документов, включая Договор о запрещении ядерных испытаний в атмосфере, в космосе и под водой.
Резюмируя, можно отметить, что в результате большой дипломатической работы по преодолению кризиса интересы обеих сторон оказались учтенными: советские ракеты с Кубы были удалены, а американцы обязались не нападать на Кубу и вывезти свои ракеты из Турции. Вашингтону также пришлось согласиться с присутствием на кубинской территории советского военного персонала.
Преодоление самого опасного послевоенного кризиса продемонстрировало всему миру, что ядерной войны можно избежать и что даже самые острые международные конфликты могут и должны разрешаться на основе компромиссов и исключительно мирным путем. Этот вывод весьма актуален и в наши дни. Ядерным державам и так называемым «околоядерным» в международных делах необходимо руководствоваться чувством высочайшей ответственности перед своим народом и народами всего мира и всячески стараться не допускать непродуманных действий и ошибок, грозящих подобными кризисами. Им надлежит проявлять крайнюю осторожность и мудрую сдержанность при принятии решений, способных затронуть судьбы человечества»15.
Из выступления Г. М. Корниенко на конференции в Гаване 11 октября 2002 года: «Было ли оптимальным решение советского руководства по согласованию с кубинским правительством направить на Кубу именно те вооружения, которые были направлены? Об этом лучше судить военным, но то, что с международно-правовой точки зрения Советский Союз и Куба имели право на такие действия, а именно на размещение ракет средней дальности подобно тому, как размещали США такие же ракеты такой же дальности непосредственно у границ Советского Союза, — это представляется абсолютно ясным. Никто не может доказать обратного.
Основной аргумент с американской стороны выдвигался тот, что это делалось секретно, что был обман со стороны советского руководства.
Да, я лично считал и считаю, что самой грубой ошибкой со стороны Хрущева было то, что он действовал вопреки предложениям кубинского руководства не делать из этого секрета, а действовать открыто. Да, это было так. Считать, что именно этот обман с моральной точки зрения сыграл решающую роль в реакции США, наверное, объективно говоря, неправильно.
Размещение советских ракет на Кубе в любом варианте — в открытом или в секретном — не могло не вызвать беспокойства у руководства США. Но точно так же вызвало беспокойство у советского руководства появление аналогичных вооружений у границ Советского Союза. Но СССР не предпринимал каких-то действий для того, чтобы заставить США вывезти обратно свои ракеты. Американское руководство поставило вопрос именно так — вы во что бы то ни стало должны убрать ракеты. А собственно, почему? Ведь то была вторая причина возникновения кризиса.
«Проглоти» Вашингтон советские ракеты на Кубе, так же как Советский Союз «глотал горькие пилюли» — и турецкие, и итальянские, и английские, кризиса ведь не было бы вообще. Стало быть, именно действия США по установлению блокады, требования вывезти ракеты были самым непосредственным и явственным шагом, который вызвал кризис»16.
Рудольф Германович Пихоя, советский и российский историк, главный государственный архивист России (1992−1996), подводя итоги этому беспрецедентно острому противостоянию двух ядерных держав, сделал следующие выводы:
— конфликт развивался по логике «холодной войны», предполагавшей конфронтацию между СССР и США. Карибский кризис дополнял перманентно продолжавшийся Берлинский кризис;
— США и СССР считали себя двумя сторонами конфликта. Выяснилось, что Куба — это не только место конфликта, но и его участник. Кастро считал, что Хрущев предал его своими уступками американцам и разменом американских ракет в Турции на советские ракеты на Кубе;
— американское вторжение на Остров было организовано, подготовлено и предопределено к октябрю 1962 года. Подготовка к нему велась по нарастающей до сентября — октября 1962 года;
— в военном отношении операция «Анадырь» была проведена безукоризненно. Американская блокада Кубы оказалась неэффективной. Американская разведка недооценила масштабы советского военного присутствия на Кубе. Факт наличия ядерных боеголовок на Кубе стал известен американской стороне только в 1989 году;
— основная цель операции «Анадырь» была военно-демонстрационной. Однако и советские, и кубинские специалисты считали, что эту операцию невозможно сохранить в тайне, что было чревато возможностью возникновения конфликта;
— о так называемых секретных переговорах, которые вели журналист Д. Скали и резидент КГБ в Вашингтоне А. Фомин (Феклисов). Это один из 17 каналов связи между советским и американским руководством (в том числе контакты Р. Кеннеди с разведчиком и журналистом Г. Большаковым, послом А. Добрыниным, дипломатические каналы). Именно из-за ожидания реакции официального Вашингтона на послание Хрущева посол Добрынин отказался подписать телеграмму резидента КГБ Фомина (Феклисова) в Москву о тех предложениях, которые шли от Скали;
— советское руководство недооценило жесткой реакции США на размещение ракет. Поэтому, получив информацию от своих военных и от Кастро о готовящемся налете авиации США 27 октября, советское руководство пошло на беспрецедентный шаг передачи послания Д. Кеннеди по открытому радио;
— сложен и неоднозначен вопрос о том, кто больше выиграл в этом противостоянии. Военно-стратегически — выигрыш СССР, так как были устранены уже существовавшие ракетные базы в Турции и Италии, гарантирована неприкосновенность территории Кубы. Советская цена — вывоз ракет оттуда, где их и не было раньше. Политико-пропагандистски — выигрыш США, которые стали выглядеть жертвой советского экспансионизма, была придана вторая жизнь «доктрине Монро». Геополитически — это был первый и последний ракетно-ядерный кризис, который доказал, что ракетно-ядерное оружие не может быть инструментом реализации политических целей военными методами. Ядерное оружие оказалось политическим фактором до его применения. Появилось понимание бессмысленности использования ядерного оружия. В дальнейшем СССР и США стремились избегать возможности непосредственного соприкосновения в многочисленных конфликтах, предпочитая пользоваться услугами своих вассалов;
— армия стала выступать как фактор совершения внешней политики. Ее значение в жизни страны стало усиливаться. Но Хрущев, используя вес армии в сфере внешней политики, не мог рассчитывать на ее поддержку в самой стране;
— складывается впечатление, что администрация США сознательно сдерживала распространение сведений о возможной установке советских ракет на Кубе17.
В преддверие 50-летия Карибского кризиса в Военной академии РВСН имени Петра Великого прошла военно-историческая конференция, посвященная 50-летию Карибского кризиса. В ней приняли участие командующий Ракетными войсками стратегического назначения генерал-полковник С. В. Каракаев, ветераны операции «Анадырь».
По словам командующего РВСН, «история Карибского кризиса многогранна. Операция по размещению на Кубе Группы советских войск была единственной за всю послевоенную историю нашей страны, в которой принимали участие все виды Вооруженных сил, в том числе Ракетные войска стратегического назначения. Эта история — наглядный пример того, как, с одной стороны, в погоне за мировым лидерством две сверхдержавы могли развязать ядерную войну, а с другой — как политическая воля руководителей государств способна предотвратить драматический исход событий. Карибский кризис — следствие резкого обострения военно-политической обстановки после победы Кубинской революции.
РВСН выполнили свое предназначение — стали главным сдерживающим фактором, который удержал США от агрессии против Кубы.
СССР и США изъявили готовность идти на компромисс, не стремясь загнать противную сторону в безвыходное положение ультимативностью требований, оставляя открытыми пути для поиска решений.
Опыт участия ракетных частей в операции «Анадырь» был учтен в дальнейшей подготовке и строительстве РВСН»18.
Военный историк Д. Г. Шелковин: «Операция «Анадырь» была во внешнем политическом плане самой крупной.
Американцы проиграли в Карибском кризисе, так как были вынуждены признать Кубинскую революцию и взять на себя обязательства соблюдения территориальной неприкосновенности Острова, что, по сути, было официальным признанием их первого крупного поражения в Западном полушарии и провалом «доктрины Монро».
Карибский кризис заставил США уважать Советский Союз. Это была маленькая победа в политическом и моральном плане. С этого момента США признали, что СССР является мощной ядерной державой.
Главным позитивным последствием кризиса было осознание СССР и США опасности ядерной конфронтации и неограниченной гонки вооружений.
Карибский кризис со всей наглядностью показал, что на проводимую США политику использования военной силы в разрешении межгосударственных проблем единственным действенным способом противодействия является сила.
Исторический опыт учит, что не только создание и совершенствование ракетно-ядерного оружия, формирование мощной его группировки, позволяющей решать стратегические задачи войны в кратчайшее время, но и развитие положений по его использованию в зависимости от различных вариантов развязывания агрессии и ведения войны явились важнейшими составными частями концепции обеспечения безопасности страны в условиях ядерного противостояния США и СССР.
Россия сегодня должна не просто сохранять свою геополитическую востребованность — она должна ее умножать, она должна быть востребована нашими соседями и партнерами. Это касается нашей экономики, культуры, науки, образования. Это касается нашей дипломатии, особенно способности выстраивать коллективные действия на международной арене. И конечно, не в последнюю очередь это касается нашей военной мощи, которая является гарантом безопасности и независимости России»19.
Научно-исследовательский институт (военной истории) Военной академии Генерального штаба Вооруженных сил Российской Федерации: «Карибский кризис являлся проблемой международного масштаба и имел чрезвычайно важное психологическое и историческое значение. Человечество впервые в своей истории оказалось на грани самоуничтожения. Разрешение кризиса стало переломным моментом в «холодной войне» и началом разрядки международной напряженности.
Оценивая значимость проведенной операции, можно констатировать следующее:
— реализация Плана мероприятий «Анадырь» стала образцом высокого военного искусства, которого до этого не знала ни одна армия в мире;
— советские воины-интернационалисты помогли кубинскому народу отстоять свою независимость, создать систему подготовки и обучения военных кадров Революционных вооруженных сил Кубы;
— достигнут положительный результат по снижению ракетной угрозы СССР с юга, так как США вывели с территории Турции свои ракеты «Юпитер»;
— США, Великобритания и СССР подписали договор о запрещении испытаний ядерного оружия в атмосфере, космосе и под водой;
— правительство США впервые стало вести переговоры с СССР на партнерском уровне, отказавшись от диктата в решении международных проблем»20.
В рамках кафедры истории «Новой газеты» профессор Лондонской школы экономики и политических наук В. М. Зубок так прокомментировал итоги Карибского кризиса: «На самом-то деле в СССР скрывали о кризисе почти все, и почти никто не знал, что весь сыр-бор был вызван тайной отправкой советских ракет на Кубу. Западное радио в Москве, Ленинграде и других городах глушилось. Даже члены ЦК КПСС узнали об операции «Анадырь» лишь из доклада Хрущева на ноябрьском праздничном Пленуме Ц. К. КПСС — и пришли в ужас от услышанного.
Благоразумие и в самом деле посетило Хрущева и советское руководство. Заглянув на миг в ядерную пропасть, лидеры СССР поняли, что ядерный шантаж может рано или поздно привести к катастрофе. Помощник Хрущева О. А. Трояновский вспоминал, что кризис имел «огромное воспитательное значение для обеих сторон и обоих лидеров. Он, пожалуй, впервые дал почувствовать не в теории и не в ходе пропагандистской полемики, а на практике, что угроза ядерной войны и ядерного уничтожения — это реальная вещь. Следовательно, надо всерьез, а не на словах искать пути к мирному сосуществованию». Хрущев, до этого считавший американского президента легковесом, начал видеть в нем серьезного партнера по переговорам.
Благоразумие, однако, было вынужденной реакцией. В начале ноября советские баллистические ракеты и их ядерные головные части отбыли из Кубы обратно в СССР. Но Президиум Ц. К. КПСС и военные еще надеялись оставить на Кубе все остальные виды вооружений.
Кеннеди выполнил свою часть секретного соглашения и без шума убрал ракеты «Юпитер» из Турции в первые месяцы 1963 года. Большинство историков убеждено, что президент под впечатлением пережитых событий был готов начать диалог с СССР по ограничению ядерной гонки.
В США громко праздновали победу, в то время как репутации Хрущева в СССР был нанесен катастрофический урон. К своему несчастью, Хрущев не мог приписать разрешение Кубинского кризиса своим заслугам. Многие военные и дипломаты высшего звена были убеждены, что у Хрущева сдали нервы и он поспешил с принятием американского ультиматума. Для советских военных развязка кризиса была унизительна: особенно негодовали моряки, которым пришлось ретироваться с Кубы под унизительным присмотром американских военных кораблей и авиации. Коллеги Хрущева в Президиуме и ЦК КПСС не простили ему того страха, который он их заставил пережить в октябре 1962 года. 14 октября 1964 года, два года спустя после начала самого опасного ядерного кризиса в истории, Хрущев был отправлен в отставку»21.
Г. Н. Большаков, полковник ГРУ, работавший в Вашингтоне в ранге советника советского посольства по печати, руководителя бюро ТАСС, а затем заместителем редактора журнала «Советский Союз», вспоминал: «События октябрьских дней 1962 года — это первый и, к счастью, единственный в нашей истории термоядерный кризис, являвший собой… «момент страха и озарения», когда Н. С. Хрущев, Дж. Кеннеди, Ф. Кастро и все человечество впервые почувствовали себя в «одной лодке», оказавшейся в эпицентре ядерной пучины…
Некоторые считали, что причины кризиса носили военный характер, — размещая свои ракеты на Кубе, СССР, мол, стремился уменьшить «дисбаланс» в количестве ядерных боеголовок с Соединенными Штатами, который в те дни, по их утверждениям, составлял соотношение 17:1 или 15:1 в пользу последних. Другие же называли политические мотивы — намерение США — уничтожить Республику Куба, а СССР — укрепить позиции социалистического лагеря на Американском континенте. Я же считаю, что Карибский кризис был, прежде всего, кризисом государственного и человеческого доверия…
Американцы впервые почувствовали дыхание войны у своего порога. Эти 13 дней октября заставили США, как и весь мир, задуматься о единстве человеческой безопасности…»22.
Вспоминал Н. С. Леонов, генерал-лейтенант КГБ в отставке, доктор исторических наук, профессор кафедры дипломатии МГИМО: «В дни ракетного кризиса я был офицером советской разведки, работал в Мексике. Мне приходилось видеть эти огромные многокилометровые караваны американских автомобилей с прицепными домиками на колесах, которые день и ночь вливались на территорию Мексики. В чистом поле создавались целые городища, в которых не было санитарных условий, воды, медицинской помощи. Все это было драматично и страшновато.
Но победа не столь явная, куда более тонкая по своей подготовке и полученным результатам досталась Советскому Союзу. К чему стремился Хрущев, отправляя ракеты на Кубу? Вряд ли только к тому, чтобы помочь Фиделю Кастро и спасти кубинскую революцию от десанта американской демократии. Советский Союз спас себя, сами себя, и советскому руководству это удалось. По сути, бескровная война завершилась тем, что американцы отказались от планов бомбить Советский Союз. А СССР лишь сгонял туда и обратно огромное количество войск и техники, проведя беспрецедентные в истории современной цивилизации военные учения»23.
«Сейчас существует стереотип, что Хрущев и Кеннеди договорились и победил здравый смысл. А ведь здравый смысл состоял еще в том, что у нас в ГДР, в Польше стояла 500-тысячная группировка войск. И если бы они на нас напали, то мы через неделю были бы у Ла-Манша. Самый основной сдерживающий фактор в том, что Россия всегда должна иметь силу», — высказался В. Н. Полковников, полковник в отставке, участник операции «Анадырь».
Заведующий кафедрой истории и политики стран Европы и Америки МГИМО В. О. Печатнов на страницах интернет-газеты «Красноярское время» высказал свой взгляд «о поражении СССР в Карибском кризисе, позитивных итогах конфликта и его актуальности сегодня», так как «в последнее время преобладает точка зрения на Карибский кризис как большой успех дипломатии Хрущева, которая якобы спасла Кубу, заставила США уважать СССР».
По мнению Печатнова, «реальный смысл тех исторических событий был гораздо сложнее и противоречивее, но если рассматривать их в упрощенных категориях «победа — поражение», то победила скорее американская сторона.
Во-первых, на советском руководстве и лично на Хрущеве лежала главная ответственность за развязывание этого самого опасного кризиса «холодной войны», едва не приведшего к ядерной катастрофе.
Во-вторых, Хрущеву в итоге пришлось отступить и вывести с Кубы не только советские ракеты, но и тактическое ядерное оружие (О котором США в то время ничего не знали. — Прим. авт.), а также бомбардировщики Ил-28, причем сделать это на глазах у всего мира под унизительным международным контролем. Встречная уступка Кеннеди — вывод американских «Юпитеров» из Турции — была скрыта от публики и не имела серьезного стратегического значения, поскольку Вашингтон и так планировал в скором времени вывести оттуда эти устаревшие и ненадежные ракеты. Вторая уступка — заверение Кеннеди об отказе вторжения на Кубу — не получила международно-правового статуса, несмотря на все усилия советской дипломатии; она имела характер джентльменского соглашения и мало к чему обязывала США.
В-третьих, резко ухудшились отношения СССР с Кубой, поставленной Хрущевым перед фактом как размещения, так и вывода советских ракет. Впоследствии советскому руководству пришлось замаливать этот грех потворством кубинскому экспорту революции в «третий мир», что стало одной из причин подрыва разрядки в отношениях с США.
Во всем мире исход кризиса расценивался как поражение СССР, о чем, в частности, свидетельствовали специальные опросы ЮСИА (Информационное агентство США, United States Information Agency — USIA. — Прим. авт.), проводившиеся во многих странах. Главный планировщик Госдепартамента У. Ростоу даже называл Карибский кризис «Геттисбергом холодной войны». Однако американская дипломатия не раздувала тему «отступления Москвы», опасаясь еще больше осложнить внутриполитическое положение Хрущева, которого мог сменить более опасный для США лидер. Дело в том, что в советском руководстве также было подспудное недовольство этой затеей Хрущева, которая при его смещении в 1964 году была поставлена ему в вину как опасное «балансирование на грани войны».
Главным позитивным последствием кризиса было обоюдное осознание опасности ядерной конфронтации и неограниченной гонки вооружений, особенно в условиях отсутствия надежной связи и других механизмов урегулирования кризисных ситуаций. Москва и Вашингтон стали гораздо осторожней в международных кризисах и впоследствии избегали грубых вмешательств в сферы жизненных интересов друг друга.
Повторение ситуации вряд ли возможно, поскольку тот кризис был порождением эпохи биполярного противостояния и самой атмосферы «холодной войны», которые ушли в прошлое.
Карибский кризис показал, что порой от лидеров требуется больше мужества в противодействии этой военной логике, чем следовании ей. И в этом — его актуальность сегодня»24.
Вот такое интересное мнение доктора исторических наук, профессора, заслуженного деятеля науки России В. О. Печатнова.
Достаточно интересный взгляд на итоги Карибского кризиса представил ветеран 8-й ракетной дивизии РВСН В. В. Миндалин на страницах сайта http://rvsn.ruzhany.info/. Вот что он написал: «Лично я считаю, что размещение ракет Р-12 на Кубе — это необдуманная авантюра, по воле одного человека чуть не приведшая к третьей мировой войне.
И только уже развернутые к тому времени 50 пусковых установок с ракетами Р-16 были тем «нашатырным спиртом», которым приводились в чувство головы горячих американских парней».
В то время через все печатные издания красной нитью проходила одна основная мысль. На территории СССР межконтинентальные ракеты только начали разворачиваться, поэтому в условиях катастрофического отставания СССР от США по количеству ядерных боеприпасов, развернув на Кубе 24 ракеты средней дальности Р-12 (8К63), СССР напугал США, заставил их вывести из Европы и Турции размещенные там американские ракеты средней дальности и получил гарантии безопасности для Кубы, соответственно убрав свои ракеты с Кубы.
Когда у меня появилась возможность посмотреть архивные копии приказов по постановке на боевое дежурство (БД) ракет Р-16 и, просчитав, какое количество пусковых установок Р-16 было развернуто на территории СССР к моменту Карибского кризиса, то мне подумалось, что в наше время, по инерции, все события тех дней трактуются не под тем углом.
Из рассекреченных документов стало известно, что 22 октября 1962 года на территории СССР стояли на боевом дежурстве в готовности № 3 — 4 ракеты Р-7А (8К74) с мощностью боеголовок в 3 Мт и 50 пусковых установок ракет Р-16 (8К64У) с мощностью боеголовок в 6 Мт. Суммарная мощность первого залпа МБР с территории СССР, способного поразить города на территории США, в октябре 1962 года составляла 312 Мт.
Сегодня (без ракет Р-36М2 и УР-100УТТХ) мощность первого залпа основы ударной группировки РВСН, а это «Тополя» и «Ярсы», равна 168,9 Мт, что составляет всего 56% от мощности первого залпа всех Р-7 и Р-16, развернутых на территории СССР в 1962 году (312 Мт). С учетом того, что сейчас у противника есть мощная система ПРО, а в 1962 году ее и в помине не было, то становится абсолютно ясно, что американцы в 1962 году испугались не 24 развернутых на Кубе ракет Р-12, которые по дальности покрывали менее трети территории США и все они были бы уничтожены еще при их установке на пусковые столы. А американцы тогда боялись лишь ракет Р-16, развернутых к тому времени на территории СССР, так как основными целями для боеголовок Р-16 были города на территории США.
Американцы рассчитывали на то, что удар 430 боевых самолетов по позициям Р-12 на Кубе позволит подавить русские стартовые позиции еще до момента пуска, и в случае, если останется хоть одна ракета, нанести ракетный удар с Гуантанамо.
Размещение ракет на Кубе повышало наш ядерный потенциал, достигающий территории США, менее чем на 7%, зато вероятность войны увеличивалась на 99%.
Сама по себе операция «Анадырь» и по сей день не имеет аналогов»25.
В.А. Есин, генерал-полковник в отставке, участник операции «Анадырь»: «Решение о размещении на Кубе ограниченной по численности группы советских войск с ядерными ракетами — при кажущейся авантюрности — было единственной реальной мерой сдерживания американской агрессии в сложившейся обстановке. Иначе говоря, в условиях невозможности реализации других форм военной помощи союзнику ядерное оружие вынужденно оказалось единственным средством спасения дружественного государства от разгрома. А обстоятельством, обеспечившим правомерность переброски советского ядерного оружия на Остров, явилась симметричность такого шага Советского Союза в ответ на развертывание американских ядерных средств вблизи его границ.
В контексте сказанного можно утверждать, что размещение советского ядерного оружия на Кубе стало шагом, абсолютно соответствующим принципу адекватности мер ядерного сдерживания в современном его понимании.
Впервые оказавшись в положении «равной опасности» с СССР, правящие круги США пришли к выводу, что огромный ядерный потенциал, который обеспечивает разгром любой вражеской страны, не может защитить граждан Соединенных Штатов. Американские эксперты прогнозировали, что в случае обмена ядерными ударами с Советским Союзом людские потери США составят 80 миллионов. Оценив такой ущерб как неприемлемый, руководство США вынуждено было пойти на компромисс в разрешении Карибского кризиса. Сложился паритет страха, при котором ни США, ни СССР не сочли себя вправе рассчитывать на победу в возможной ядерной войне.
Подводя итог, можно с полным правом утверждать: операция «Анадырь» стала первым примером реально осуществленного Советским Союзом ядерного сдерживания. Поставленные руководством СССР политические задачи были достигнуты, хотя, безусловно, с огромным риском оказаться втянутым в невиданную ядерную войну. Но поступив иначе, СССР не смог бы удержать США от нападения на Республику Куба и ее оккупации»26.
А.И. Грибков, генерал армии, разработчик и непосредственный участник операции «Анадырь»: «Впервые в истории советских вооруженных сил была оперативно осуществлена переброска через океан более чем 40-тысячной армии с большим количеством техники и вооружения. Причем задачи, поставленные руководством страны перед Министерством обороны и Министерством морского флота, были выполнены четко, в установленные сроки. А главное, столь колоссальный объем работ был проделан скрытно. Лишь 14 октября, то есть почти через месяц после прибытия на Остров трех ракетных полков, соединений и частей ПВО, ВВС, ВМФ и Сухопутных войск, воздушной разведке США удалось обнаружить признаки нахождения на Кубе советских войск.
Полагаю, если бы на основе заранее заключенных с кубинским правительством и обнародованных договоров и соглашений мы постепенно и открыто перебрасывали вооружение, боевую технику, воинские части, в том числе и ракетные, такой острой реакции со стороны США могло и не быть. Хотя вполне вероятно, что американцы приняли бы все меры к недопущению завоза ракет на Кубу.
А была ли вообще необходимость завозить на Кубу ракеты? Замечу, что в то время соотношение ракетно-ядерных потенциалов было далеко не в пользу Советского Союза. Но даже с завозом наших 36 ракет средней дальности на Кубу оно практически не изменилось, а угроза возникновения ядерной катастрофы возросла многократно, поэтому глубоко убежден в том, что не следовало бы завозить ракеты на Остров.
К 28 октября состояние боевой готовности советских ракетных частей не обеспечивало быстрого нанесения ракетного удара по США. К тому времени из 36 ракет средней дальности только половина была подготовлена для заправки горючим, окислителем и стыковки с головными частями. Ни на одной ракете не вводилось полетное задание.
Начиная с момента замысла создания Группы советских войск на Кубе и во время развернувшихся потом событий ни политическое, ни военное руководство Советского Союза даже в мыслях не допускало нападать на США и тем самым развязывать мировую войну с применением ядерного оружия.
Цель операции «Анадырь» заключалась в одном — помочь молодой Кубинской Республике защитить завоеванную свободу, предотвратить агрессию США. Ракетные войска в этой операции являлись важным сдерживающим фактором»27.
Заканчивая данную главу, обратимся к «Размышлениям о Карибском кризисе в контексте проблемы стратегической стабильности», представленным академиком Российской академии наук, 6-м секретарем Совета безопасности России А. А. Кокошиным: «В условиях начавшегося размещения на стартовых позициях советских МБР, размещение советских ракет средней и промежуточной дальности было вполне оправданным с военно-стратегической точки зрения — при условии размещения на Кубе достаточно большого числа советских ракет.
Весь вопрос в том, как это было реализовано в политическом плане… И в политическом, и в военном плане размещение ракет осуществлялось в глубокой тайне. Между СССР и Республикой Куба был заключен секретный Договор о размещении советских сил на территории Республика Куба (Договор подписан не был. — Прим. авт.).
Все данные, имеющиеся в настоящее время, говорят о том, что по замыслу советского руководства это были средства сдерживания в отношении представлявшегося тогда вполне возможным крупномасштабного американского вторжения на Кубу.
В целом меры секретности и дезинформации сыграли свою роль в обеспечении скрытности военных перевозок таких больших масштабов — причем в условиях полного господства на море и в воздухе вооруженных сил США на подавляющей части пути с соответствующими возможностями для ведения американцами разведки.
В то время размещавшиеся на Кубе ракетные комплексы не были оснащены электронными «замками», разблокирование которых осуществлялось непосредственно из Москвы по решению Верховного главнокомандующего.
Многие факты дают основание, что направление подводных лодок на Кубу было крупной ошибкой советского руководства и высшего военного командования.
Карибский кризис подействовал отрезвляюще и на советское, и на американское руководство. Он нашел свою развязку во взаимоприемлемом в целом политическом решении, имевшем как публичную, так и непубличную часть.
Карибский кризис не только предостерег от повторения подобных ситуаций в будущем, но и способствовал тому, что после него обе стороны приложили большие усилия для наращивания и качественного совершенствования своих стратегических ядерных вооружений межконтинентальной дальности.
Во многом под влиянием «синдрома Карибского кризиса» и был предпринят Советским Союзом рывок в развитии стратегических ядерных сил»28.
По итогам выполнения интернациональной миссии на Кубе Указом Президиума Верховного Совета СССР № 1739 от 1 октября 1963 года «За образцовое выполнение специального задания правительства» 1001 военнослужащий был награжден орденами и медалями, в том числе орденом Ленина — 18 человек, орденами Красного Знамени — 38, Красной Звезды — 591, «Знак Почета» — 1, медалями «За отвагу» — 138, «За боевые заслуги» — 205, «За трудовую доблесть» — 6, «За трудовое отличие» — 4.
По линии ВМФ 111 офицеров и мичманов получили в общей сложности 101 орден и 1400 медалей. Кроме того, многие участники событий были отмечены Грамотой Президиума Верховного Совета СССР и кубинской наградой «Воин-интернационалист» 1-й степени.
Не обошлось и без потерь. С 5 августа 1962-го по 16 августа 1964 года на Кубе при исполнении интернационального долга погибло 63 советских гражданина. Такова была цена Карибского кризиса для Советского Союза29.
Итоги Карибского кризиса созвучны и сегодня в сложной международной обстановке. По-прежнему Соединенные Штаты и его сателлиты пытаются диктовать свои условия России, навязывая нам свои «демократические ценности». Продолжают во главе блока НАТО окружать по периметру Россию своими военными базами и корабельными группировками с ударным ракетным вооружением. Никаких выводов из прошедших десятилетий американцы и их западные подданные так и не сделали. Курс на удушение России продолжает набирать невиданные обороты.
Наш ядерный щит безопасность не гарантирует — такой вывод сделал президент Международного центра геополитического анализа генерал-полковник Л. Г. Ивашов: «В 1962 году ядерный удар по СССР был предотвращен исключительно благодаря развертыванию наших ядерных ракет и авиации на Кубе. Припомните ход событий. Американцы начали размещать свои ракеты в Турции. Предполагалось сформировать такую группировку ракетных и авиационных средств, чтобы сразу ударить по тремстам городам Советского Союза. И если бы необходимые силы были накоплены, не приходится сомневаться, удар последовал бы моментально. Но когда у них под боком появились наши ракеты, когда за океаном осознали, что последует ответный ядерный удар, боевой настрой американского общества и прежде всего американской элиты резко угас, пошли договоренности и был запущен процесс разоружения.
И сегодня парировать быстрый глобальный удар нам нечем, кроме как повторением сценария 1962 года, а именно: разместить наше высокоточное оружие вблизи американских границ, чтобы иметь возможность гарантированно ответить ударом на удар.
Американцы не оставили другого выхода. Поэтому вариант один — воздействие по их территории с максимально короткого расстояния.
Внешняя политика сильна тогда, когда опирается на реальную военную силу»30.
Не согласится с доводами генерала Л. Г. Ивашова просто невозможно, учитывая его глубокую осведомленность и знания современных международных отношений.
Депутаты от КПРФ В. Ф. Рашкин и С. П. Обухов в апреле 2016 года направили обращение президенту В. В. Путину, министру иностранных дел С. В. Лаврову и главе Министерства обороны С. К. Шойгу, в котором предлагается возобновить работу центра радиоэлектронной разведки в Лурдесе и разместить ракетные комплексы на Кубе в целях защиты интересов России и союзников по ОДКБ, так как США намереваются разместить ракетные пусковые установки типа HIMARS на юго-востоке Турции.
По мнению парламентариев, в целях защиты интересов России и союзников по ОДКБ необходимо принять сопоставимые ответные меры.
«В первую очередь речь идет о размещении российских пусковых установок аналогичного или даже большего радиуса действия на Кубе. Кроме того, видится еще более целесообразным асимметричный ответ Вашингтону в виде восстановления радиоэлектронного центра в Лурдесе».
Обухов и Рашкин напоминают, что во время Карибского кризиса именно жесткий ответ СССР на действия США позволил разрешить конфликтную ситуацию путем взаимных уступок, фактически вынудив Вашингтон отказаться от авантюрных планов по размещению ракет на территории Турции: «Считаем возможным применение соответствующего советского опыта сдерживания экспансионистских устремлений США в нынешних условиях. Сейчас, когда Россия вновь позиционирует себя на международной арене как великая держава, нашей стране следовало бы активнее восстанавливать разрушенные военные и экономические связи с нашими союзниками, к которым в первую очередь относится братская Кубинская Республика», — говорится в обращении депутатов31.

Примечания

1. Кеннеди Р. 13 дней. Paris: Editions de la Seine, 1969. С. 88−91.
2. Миф, который на полвека извратил внешнюю политику США. http://topwar.ru/print:page, 1,19 910-mif-kotoryy-na-polveka-izvratil-vneshnyuyu-politiku-ssha-foreign-policy-ssha.html
3. Самая большая переброска войск в истории человечества.
http://www.dipcomment.com/expert.php?watch=461
4. The Cuban Missile Crisis 1962. A National Security Archive Documents Reader. Ed. by L. Chang, P. Kornbluh. 2nd Edition. New York: The New Press, 1998.
5. Карибский кризис 1962 года: новые подходы и оценки (на материалах Архива национальной безопасности США).
http://cyberleninka.ru/article/n/karibskiy-krizis-1962-g-novye-podhody-i-otsenki-na-materialah-arhiva-natsionalnoy-bezopasnosti-ssha
6. У края Карибской пропасти.
http://encyclopedia.mil.ru/encyclopedia/history/more.htm?id=11 415 875@cmsArticle
7. Язов Д. Т. Карибский кризис. 50 лет спустя. М.: Центрополиграф, 2015. С. 213.
8. Ce que la crise des missiles de Cuba nous enseigne sur les conflits d’aujourd’hui.
http://www.slate.fr/story/63 317/crise-missiles-cuba-conflits-iran
9. Кастро обвинил Хрущева в обострении Карибского кризиса.
http://www.newsru.com/world/10oct2002/karibian.html
10. Кастро Ф. Моя жизнь. М.: РИПОЛ КЛАССИК, 2009. С. 300−307.
11. Бородаев В. А. Позиция кубинского руководства во время Карибского кризиса.
./assets/images/captor/borodaev1_2 013 280 415 015.pdf
12. Взгляд на Карибский кризис спустя 50 лет.
http://www.pravda.ru/world/northamerica/caribbeancountries/06−10−2012/1 130 453-karib-0/?mode=print
13. Хрущев Н. С. Время. Люди. Власть. Часть IV: Отношения с Западом. Холодная война. Карибский кризис.
http://www.hrono.info/libris/lib_h/hrush63.php
14. Открывая новые страницы. Международные вопросы: события и люди. М.: Политиздат, 1989. С. 172.
15. К Карибскому кризису 1962 года.
https://idd.mid.ru/search?p_p_id=3&p_p_lifecycle=0&p_p_state=maximized&p_p_mode=view&_3_struts_action=%2Fsearch%2Fsearch
16. Язов Д. Т. Карибский кризис. 50 лет спустя. М.: Центрополиграф, 2015. С. 80.
17. Пихоя Р. Г. Почему Хрущев потерял власть. Кубинский ракетный кризис 1962 года.
http://ricolor.org/history/rsv/aft/hr/3/
18. Уроки Карибского кризиса.
http://archive.redstar.ru/index.php/newspaper/item/5502-uroki-karibskogo-krizisa
19. Стратегическая операция «Анадырь».
http://шелковин.рф/
20. Операция «Анадырь».
http://encyclopedia.mil.ru/encyclopedia/istory/more.htm?id=10 946 077@ cmsArticle
21. Как нас всех чуть не убили.
https://novayagazeta.ru/articles/2012/10/12/51 867-kak-nas-vseh-chut-ne-ubili?print=true
22. Из воспоминаний бывшего советника посольства СССР в США Г. Н. Большакова.
https://mylektsii.su/2−7585.html
23. Самая большая переброска войск в истории человечества.
http://www.dipcomment.com/expert.php?watch=461
24. Мужество в противодействии военной логике.
https://mgimo.ru/cuban50/228 862.html
25. Еще раз о Кубе и Карибском кризисе.
http://rvsn.ruzhany.info/mindalin101.html
26. Операция «Анадырь»: как это было.
http://rvsn.ruzhany.info/esin_cuba001.html#chapter03_03
27. Разработка замысла и осуществление операции «Анадырь».
http://raur.org/01/anadyr/anadyr01−01.htm
28. Кокошин А. А. Размышления о Карибском кризисе в контексте проблемы стратегической стабильности. М.: ЛЕНАНД, 2012.
29. Операция «Анадырь».
http://encyclopedia.mil.ru/encyclopedia/history/more.htm?id=10 946 077@cmsArticle
30. Если завтра война.
http://topwar.ru/63 631-esli-zavtra-voyna.html
31. В КПРФ предлагают разместить на Кубе российские ракетные комплексы.
https://kprf.ru/dep/gosduma/activities/154 446.html

Опубликовал: Вячеслав Старцев.
Источник