Мой папа — самый лучший. Брындин Николай Федорович


Брындин Николай Федорович Брындин Николай Федорович

В нашей семье папа стал родоначальником шахтерской династии: я и мой младший брат Евгений по многу лет отработали на «Инской», и наши сыновья тоже стали шахтерами.

Папа пришел на шахту «Грамотеинская 1−2» в 1957 году и до 1984 года работал в разных должностях: подземным начальником участка, подземным горным мастером, начальником пылевентиляционного участка, начальником участка буро-взрывных работ, диспетчером шахты (в обиходе — «ночным директором»).

В этой должности он отвечал за всех, кто находился на смене. Мы с братом в те годы работали горными мастерами и четко исполняли все инструкции и требования, связанные с работой.

К своим обязанностям папа относился ответственно, того же требовал и от подчиненных. Большое внимание уделял воспитанию молодежи. Молодые ребята называли его батей — в этом слове не только уважение, но и доверие к нему за безопасность своей жизни.

Для нас папа был самым лучшим наставником и руководителем. Он интересовался нашей работой, подсказывал, давал нужные советы, требовал полного отчета в сложных ситуациях. Его настольной книгой была инструкция по технике безопасности, он знал ее наизусть. И всех нас приучил к этим знаниям.

Проводя инструктаж перед сменой, говорил: «Думай перед тем, как что-то сделать, оглядись, убедись, что рядом безопасно». И эти простые слова действовали неукоснительно. А еще он часто повторял своим подчиненным: «У вас семья, дети, вам их кормить. Помните об этом».

Каждый раз, вступая в новую должность, папа повышал квалификацию в учебно-курсовом комбинате при шахте.

Пожалуй, самыми ответственными и опасными были буро-взрывные работы. Не все знают, что буровики проводили распаивание льда в верховьях реки Иня. До начала паводка лед взрывали, чтобы весной он не разрушал деревянный мост, по которому с шахты доставлялся уголь на станцию Мереть. Оттуда комплектовались составы с углем и отправлялись к местам назначения по всей стране.

Папа мечтал и надеялся прожить долгую жизнь, но ушел на 65-м году: с войны носил во всем теле около 80 осколков гранаты. Не жаловался, имел массу увлечений: играл в шахматы, возил нас на рыбалку, в лес за грибами и ягодами, работал на огороде, заготавливал соленья на зиму, разводил кур и кроликов. Уже на пенсии возглавлял городское общество кролиководов.

Жили мы в Грамотеине, на Новостройке. Наше детство прошло на улице Строительной, 22/1. У нас был весь спортивный инвентарь: лыжи, коньки, футбольный мяч, папа сам сделал для нас теннисный стол и подарил все необходимое для этой игры.

После армии я жил с родителями и в какой-то момент захотел поставить баню, посоветовался с папой, спросил: «Осилим?». Он поддержал меня. А вскоре я с недоумением взирал в огороде на приличную кучу неошкуренных 6-метровых стволов лиственницы. Папа показал, с чего и как начать работу, и довольно быстро мы вдвоем построили хорошую баню, которая стоит до сих пор как память о папе. А навык плотника-строителя закрепился во мне на всю жизнь.

Была в трудовой биографии папы страница, связанная с работой освобожденным секретарем партийной организации шахты «Грамотеинская 1−2» в горкоме КПСС.

В партию папа вступил еще на фронте в 18 лет, и всю жизнь был порядочным, убежденным в своих взглядах руководителем, внесшим свой значительный вклад в развитие и укрепление шахты «Инская».

Автор: Олег Брындин, сын.